Главная Новости Биография Творчество Ремарка
Темы произведений
Библиография Публицистика Ремарк в кино
Ремарк в театре
Издания на русском
Женщины Ремарка
Фотографии Цитаты Галерея Интересные факты Публикации
Ремарк сегодня
Группа ВКонтакте Гостевая книга Магазин Статьи

На правах рекламы:

• Отбелить зубы без боли также читайте.

Главная / Публикации / Р. Чайковский. «Перевод и переводчики» (Научный альманах)

О.М. Фадеева. «Афористичность прозы Э.М. Ремарка и проблемы ее воссоздания в русских переводах»

Эрих Мария Ремарк — один из наиболее читаемых в России зарубежных писателей. Его книги постоянно переиздаются и с каждым годом круг его читателей и почитателей увеличивается. Что же их привлекает, в чем секрет такой огромной популярности? На наш взгляд, среди многих причин можно назвать и афористичность произведений Ремарка. Афористичность — это не только насыщенность языка писателя создаваемыми им крылатыми словами, но и отражение особой формы авторского мышления, это живое биение мысли писателя, это та изысканная приправа, которая улучшает «вкус» текста, это те краски, которые позволяют тексту переливаться всеми цветами стилевой радуги. Эта сторона творчества Ремарка ранее практически не исследовалась, о его авторских афоризмах лишь бегло упомянула Т.Л. Мотылева [4, с. 234], о «высказываниях» писателя однажды обмолвился В.Н. Девекин [3, с. 125]. В книге Т.С. Николаевой об этой своеобразной манере письма Ремарка сказано следующее: «Заметно тяготение писателя к обобщениям, которые, как и своеобразные сентенции, содержатся обычно во внутренних монологах главных героев, вкрапливаются иногда в живую речь персонажей, местами даются от автора. Эта особенность стиля, в дальнейшем получившая весьма широкое распространение у Ремарка, здесь преимущественно проявляется в произнесенных про себя прямых критических суждениях...» [5, с. 28]. Афористичность прозы Ремарка возникла не на пустом месте. В юности Ремарк серьезно интересовался Шопенгауэром и Ницше, ему были близки и такие философы, как О. Шпенглер и Г. Зим-мель. И Шопенгауэр, и Ницше, как известно, великие мастера афоризма. Лучшие образцы их афористического творчества вошли в сокровищницу мудрых мыслей человечества. Поэтому понятен интерес Ремарка к афоризмам. Ими щедро усеяны не только его романы, но и личные записи. В дневниках Ремарка мы находим ссылки на афоризмы Стендаля, Ларошфуко, Дюрера, Спинозы [18, с. 427, 447, 467, 483]. Как писал И. Гердер, «знакомство с мыслями светлых умов составляет превосходное умственное упражнение: оно оплодотворяет ум и изощряет мысль» [13, с. 29]. Ремарк собирает эти «сгустки мысли», чтобы затем, вновь переосмыслив, переработав и создав свои собственные, вложить их в уста своих героев.

Произведения Э.М. Ремарка содержат огромное количество афоризмов. Как пишет, например, Р. Эйвадис, его романы «обильно нашпигованы афоризмами, как пирог изюмом» [14, с. 445]. Под афоризмом принято понимать краткие, глубокие по содержанию авторские мысли, запечатленные в образной, необычной, легко запоминающейся форме. При этом исследователи подчеркивают обобщенный характер афоризма, его парадоксальность, а также то обстоятельство, что афоризм не аргументирует, а воздействует на сознание оригинальной формулировкой мысли. Л. Успенский отмечал, что афоризм убеждает, не столько доказывая, сколько поражая [10, с. 9]. Поэтому истинный смысл афоризма раскрывается в результате размышления. В афоризмах Ремарк излагает свой взгляд на то или иное событие или понятие и облекает его в оригинальную изысканную форму.

Секрет привлекательности и особой силы воздействия афоризма заключен в сочетании значимости мысли с краткостью и отточенностью ее словесного воплощения. В теории афористики существуют критерии, позволяющие утверждать, что перед нами именно афоризм, а не какой-либо сходный с ним вид высказывания. К таким критериям относятся глубина и законченность мысли, стремящейся к истине, ее предельная четкость и точность, доведенные до совершенства, обобщенность, краткость изложения, его художественность, достигаемая применением различных эмоциональных и стилистических средств. Эти критерии, сформулированные Н.Т. Федоренко и Л.И. Сокольской [12, с. 181—183], были взяты нами за основу при отборе высказываний, помещенных в книге «Афоризмы Э.М. Ремарка» [11].

Как известно, афоризмы бывают обособленными, входящими в сборники афоризмов, и вводными, которые органично вплетены в ткань художественного произведения. Для Ремарка характерны именно последние. Вводные афоризмы на фоне общего текста выделяются своей экспрессивностью, концентрацией содержания, глубиной мысли, семантической насыщенностью. Ср., например, фрагмент из романа «Триумфальная арка»: «Das geöffnete, durstige Gesicht war zurückgebeugt, der Kopf nahe der Schulter eines Mannes. Er empfand nichts dabei. Niemand konnte einem fremder werden als ein Mensch, den man einmal geliebt hatte, dachte er müde» [15, c. 347] в переводе Б. Кремнева и И. Шрайбера: «Ее голова почти касалась плеча партнера, открытое, полное истомы лицо было запрокинуто. Ничто не дрогнуло в душе Равика. «Ни один человек не может стать более чужим, чем тот, кого ты в прошлом любил», — устало подумал он» [7, с. 319]. (Мы пользуемся в данном случае вариантом, выпущенным издательством «Ullstein», так как в новейших изданиях имеются текстологические отличия). Можно привести еще один пример из романа «Три товарища»: «Ich hätte ihm gern gesagt, daß sie weg war — aber es wäre mir bei seiner Verstörtheit als unnötige Roheit erschienen. Wahrheit ist für ein verletztes Gefühl immer roh und fast unerträglich. Ich sprach noch eine Zeitlang mit ihm — nur damit er sprechen konnte» [16, c. 267] в переводе И. Шрайбера и Л. Яковенко: «...Мне хотелось сказать ему, что через несколько недель он, возможно, будет рад ее уходу, но при его состоянии это было бы излишней грубостью с моей стороны. Для оскорбленного чувства правда всегда груба и почти невыносима. Я посидел с ним еще немного — только чтобы дать ему выговориться» [6, с. 287].

При исследовании афоризмов Э.М. Ремарка нами были выявлены ключевые слова, наиболее часто встречающиеся в этих высказываниях. К ним относятся такие, как: Liebe, lieben, Leben, leben, Mensch, Gefahr, Glück, Kamerad, Soldat, Geld, Welt. Так, например, из 118 афоризмов романа Э.М. Ремарка «Три товарища» 20 содержат ключевое слово «Liebe», 21 — «Leben», 11 — «Mensch». В каждом произведении Э.М. Ремарка, вне зависимости от его тематики, мы встречаем эти ключевые слова, которые приобретают характер смыслового лейтмотива и, по определению В. Россельса, несут «предельную идейно-эмоциональную нагрузку» [11] (цит. по: [2, с. 446]). Вышеуказанные ключевые слова становятся в произведениях Э.М. Ремарка стержневыми понятиями, на которые нанизываются происходящие вокруг события. Как известно, все его творчество пронизано темами любви, товарищества, взаимоотношений между людьми, что и находит свое отражение в созданных им афоризмах. Ср.:

LIEBE

Liebe — eme Fackel, die in einen Abgrund fallt und erst zeigt, wie tief er ist.

(Der Weg zurück)

Любовь — факел, летящии в бездну и только в это мгновение озаряющий всю глубину ее.

(Возвращение)

Ein gutes Gedächtnis ist die Grundlage der Freundschaft — und Verderb der Liebe.

(Liebe deinen Nächsten)

Хорошая память — основа дружбы и гибель любви.

(Возлюби ближнего своего)

Wenn man jemand liebt, gibt es viele neue Ängste, von denen man vorher nichts gewußt hat.

(Zeit zu leben und Zeit zu sterben)

Когда любишь, рождаются все новые страхи, о которых раньше и не подозревал.

(Время жить и время умирать)

GEFAHR

Erstes Gesetz des Lebens: Gefahr schärft die Sinne.

(Liebe deinen Nächsten)

Первый закон жизни: опасность обостряет чувства.

(Возлюби ближнего своего)

Man kann immer nur an die nächste Gefahr denken. Eine zur Zeit. Und eine nach der andern. Sonst wird man verrückt.

(Der Funke Leben)

Всегда можно иметь в виду только ближайшую опасность. Одну в данный момент. Размышлять сначала об одной, потом о другой. Иначе можно рехнуться.

(Искра жизни)

Merkwürdig... wie einseitig man immer nur an seine eigene Erfahrung und die eigene Gefahr gebunden ist.

(Der Himmel kennt keine Günstlinge)

Странно... как односторонен человек; он признает только собственный опыт и только ту опасность, которая угрожает ему лично.

(Жизнь взаймы)

В процессе составления словаря афоризмов Э.М. Ремарка мы проанализировали одиннадцать известных романов Э.М. Ремарка на немецком языке — «Im Westen nichts Neues», «Der Weg zurück», «Drei Kameraden», «Liebe deinen Nächsten», «Arc de Triomphe», «Der Funke Leben», «Zeit zu leben und Zeit zu sterben», «Der schwarze Obelisk», «Die Nacht von Lissabon», «Schatten im Paradies» — и их переводы на русский язык, а также произведения (ранние романы, незаконченный роман, статьи, письма, дневники, сценарий, пьесу), вошедшие в пятитомник «Das unbekannte Werk», выпущенный издательством «Kiepenheuer & Witsch» в 1998 году в Германии, и сборник «Ein militanter Pazifist» (статьи, интервью). Афоризмы Э.М. Ремарка на русском языке были выбраны в основном из переводов (часть афоризмов дается в нашем переводе). Как известно, произведения Ремарка переводились на многие языки, хотя сам он считал, что «ни один перевод не может точно передать оригинал. Оригинальность каждого писателя заключается в значительной степени в его языке. Ритм и звучание языка — это две вещи, которые нельзя перевести» [17, с. 86]. Тем не менее, произведения Ремарка можно прочесть почти на 60 языках [19, с. 9], в том числе и на русском, а некоторые его романы представлены в нашей стране в нескольких переводах. Так, существуют четыре варианта перевода на русский язык романа «Возлюби ближнего своего», выполненных И. Шрайбером, Е. Никаевым, Э. Венгеровой, И. Безменовой. По три раза переводились романы «На Западном фронте без перемен» и «Три товарища». Нашей задачей было проследить, удалось ли переводчикам полно и адекватно воссоздать мир афоризма, постичь его суть, и с помощью каких стилистических средств и насколько адекватно сумели они передать красоту и мудрость мысли, сформулированную автором.

К сожалению, мы вынуждены констатировать, что не всегда переводчики справлялись с этой задачей повышенной сложности. По мнению И.С. Алексеевой, самой яркой особенностью афоризма является специфика эстетической информации, которая в нем содержится, и переводчик должен заботиться о ее передаче [1, с. 244—245]. При переводе афоризма необходимо сохранить всю остроту, оригинальность, краткость мысли, руководствуясь при этом формулой афоризма: «минимум слов, максимум смысла». Как писали Н.Т. Федоренко и Л.И. Сокольская, афоризм — это маленький словесный шедевр, сплав ума и красоты. Он очень устойчив, каждое слово занимает в нем постоянное место, и ни одно из них нельзя ни прибавить, ни убавить [12, с. 184]. Именно по этой причине афоризм очень сложно переводить, каждое слово в нем должно быть выверенным, максимально соответствующим форме и содержанию оригинала, в противном случае афоризм в переводе может быть потерян.

Анализ воссоздания афоризмов Ремарка переводчиками показал, что в некоторых переводах афоризмы вообще не переданы. Например, афоризм из романа «Zeit zu leben, Zeit zu sterben» — «Schuld. Niemand weiß, wo sie beginnt und wo sie endet. Wenn Sie wollen, beginnt sie überall und endet nirgends. Aber vielleicht ist es auch genau umgekehrt. Und Komplizenschaft! Wer weiß davon? Nur Gott». = «Вина. Никто не знает, где она начинается и где заканчивается. Если хотите, она начинается везде и нигде не заканчивается. Но обратное тоже возможно» (перевод наш. — О.Ф.) — не был переведен И. Каринцевой и В. Станевич, а вместе с ним еще почти целая страница текста с рассуждениями автора о дезертирстве и личной ответственности каждого за военные преступления. Этот роман требует нового перевода, поскольку в нашей стране он переведен с подцензурного немецкого варианта, в то время как в Германии в 1989 году вышел восстановленный первоначальный авторский вариант. Афоризм из романа «Die Nacht von Lissabon» — «Man glaubt so leicht, wenn man hofft». = «Человек так легко верит, когда надеется» (перевод наш. — О.Ф.) — также отсутствует в русском переводе Ю. Плашевского.

Для достижения переводческой эквивалентности переводчики использовали различные способы перевода, позволяющие более точно воссоздать понятийный мир того или иного афоризма. Поскольку все слова в разной степени полисемичны, однозначность или многозначность нашего дискурса, как отмечал П. Рикер, зависит не от слов, а от контекста [8, с. 147]. Анализ переводов показал, что одно и то же слово в немецком варианте афоризма переводилось на русский язык по-разному. Так, например, слово «anderer» в афоризме «Solange anderer lebt, nie schlimm» переводчик И. Шрайбер конкретизирует и переводит как «друг» («Пока жив друг — ничто не страшно»). При переводе афоризма «Wenn man will, daß andere nichts merken, muß man nicht vorsichtig sein» И. Каринцева и В. Станевич используют прием генерализации, у них «andere» приобретает более широкое значение и переводится как «люди» («Если хочешь, чтобы люди ничего не заметили, не надо осторожничать»).

При анализе перевода афоризмов встречались также случаи, когда переводчики для достижения большей экспрессивности добавляли эксплицитно отсутствующие в оригинале понятия. Например, «человек» в переводе афоризма «Je weniger man weiß, desto einfacher ist es, zu leben. Wissen macht frei — aber unglücklich» = «Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным».

При переводе афоризмов используется также прием антонимического переноса понятий. Однако иногда использование этого приема приводит к переводческим ошибкам. Так, В. Станевич подменила понятия при переводе афоризма «Jeder hat seinen eigenen Tod und muß ihn allein sterben, und niemand kann ihm dabei helfen» = «У каждого своя смерть, и он должен пережить ее в одиночку, и тут никто не в силах ему помочь». Глагол «умирать» получает в русском переводе В. Станевич противоположное значение «пережить», и сама фраза становится несообразной — пережить свою смерть, т. е. умереть, и жить дальше?

В переводе афоризма «Ein Land, in dem das Geld einen Kosenamen hat, wird nie eine Diktatur» = «В стране, где деньгам дают ласкательные имена, никогда не будет фашизма» Л. Черная сужает смысл понятия, заменив слово «диктатура» на «фашизм», хотя к этому понятию можно отнести не только фашистскую диктатуру, но и коммунистическую. Вероятно, эта замена связана с господствовавшей в то время (время перевода романа) в нашей стране идеологией — чтобы не ставить на одну чашу весов коммунизм и фашизм, переводчик вообще выводит из текста перевода слово «диктатура». Изменение оценочной коннотации понятия можно наблюдать и в афоризме «Wo Geschäfte gedeihen, blüht die Lebensfreude» = «Где процветают делишки, там цветет и радость жизни». Нейтральное в немецком языке слово «Geschäft» (бизнес, дела) переводится на русский язык как более эмоциональное, стилистически сниженное, ироничное слово «делишки». Как отметил Н.М. Сальников, такая замена понятий происходит в зависимости от того, как оценивается обозначаемое понятие данной культурой в данный момент [9, с. 151].

Наряду с несовпадениями, которые могут быть связаны со структурными различиями языков оригинала и перевода на грамматическом и лексическом уровнях, встречаются несоответствия, связанные с индивидуальной манерой самого переводчика, его мастерством или отсутствием такового. Так, в переводе афоризма «Die Formel von der Freundschaft. Der kleine Gemüsegarten auf der Lava erloschener Gefühle» меняется эмоциональная окраска, интонация, а вместе с ней сама структура афоризма. Б. Кремнев и И. Шрайбер заменяют утверждение вопросом, переведя этот афоризм следующим образом: «Остаться друзьями? Развести маленький огородик на остывшей лаве угасших чувств?» С изменением интонации и структуры высказывание в переводе как бы стирается и перестает восприниматься как афоризм.

Индивидуальный стиль переводчика также влияет на перевод афоризмов. Сравните: «Nur der Bescheidene kommt vorwärts im Leben» у И. Шрайбера звучит как: «Только скромные люди делают карьеру «. В данном случае происходит трансформация более обобщенного понятия — достичь чего-то в жизни — в более узкое, конкретное. Переводчик, исходя, вероятно, из своего понимания жизненных ценностей, выбрал слово «карьера». Несовпадение понятийного мира данного афоризма и его перевода обусловлено своеобразной манерой переводчика, степенью его художественного вкуса и, видимо, личными представлениями о жизни. С подобным же подходом мы столкнулись при сравнении разных вариантов одного и того же афоризма. Например, существуют три перевода афоризма «Je weniger Selbstgefühl ein Mensch hat, um so mehr ist er wert» И. Шрайбер и Л. Яковенко перевели его так: «Чем меньше человек заботится о своем душевном состоянии, тем больше он стоит...» В переводе Ю. Архипова читаем: «Чем меньше у человека чувства собственного достоинства, тем больше он стоит...» У И. Шрайбера находим такое решение: «Чем меньше у человека самолюбия, тем больше он стоит». В каждом варианте по-разному переводится основное понятие афоризма «Selbstgefühl». Переводчики по-своему его восприняли, пропустив через призму своих ценностей. На наш взгляд, наиболее удачная интерпретация данного афоризма принадлежит И. Шрайберу, которому достаточно точно удалось воспроизвести понятийный мир оригинала, сохранив при этом краткость высказывания, что очень важно при передаче афоризма. Именно лаконичности, сжатости высказывания недостает многим переводам афоризмов. Например, афоризм «Das wahre Glück ist der Frieden in sich!» существует в двух вариантах перевода. В интерпретации Г.А. Л-ин он звучит так: »...счастье заключается в известном душевном покое», а в переводе Е. Михелевич: «...истинное счастье — это мир в душе!» Последний вариант, на наш взгляд, более адекватен, семантически насыщен, лаконичен, легок для запоминания.

Анализ афоризмов показал, что при переводе происходят семантические сдвиги, которые порой модифицируют саму идею афоризма. При этом переводчики используют такие приемы, как генерализация, конкрегизация, синонимический и антонимический перевод, прием логического развития понятия и другие, но, к сожалению, нередко без должного контроля на выходе. Несоответствие в воспроизведении понятийного мира афоризма связано с различиями языковых систем языка оригинала и языка перевода, с экстралингвистическими условиями (например, национальными особенностями, идеологией, ментальностью носителей языка оригинала и перевода, представлениями о мире в разных странах и т. п.), а также с индивидуальным стилем и особенностями языковой личности переводчика.

Примечания

1. Алексеева И.С. Профессиональный тренинг переводчика: Учеб. пособие по устному и письменному переводу для переводчиков и преподавателей. — СПб.: Изд-во «Союз», 2001. — 288 с.

2. Былинкина М. Разговор по существу (Обзор материалов Всесоюз. симпозиума «Актуальные проблемы теории художественного перевода») // Мастерство перевода. Сб. седьмой. 1970. — М.: Сов. писатель, 1970. — с. 431—452.

3. Девекин В.Н. Не сгоревшие на костре: Немецкая антифашистская литература 1933—1945 годов. — М.: Сов. писатель, 1979. — 440 с.

4. Мотылева Т.Л. Зарубежный роман сегодня. — М.: Сов. писатель, 1966. — 472 с.

5. Николаева Т.С. Творчество Ремарка-антифашиста. — Саратов: Изд-во Саратов, ун-та, 1983. — 134 с.

6. Ремарк Э.М. Три товарища. — М.: Вита-Центр, 1992. — 416 с.

7. Ремарк Э.М. Триумфальная арка. — М.: ТЕРРА, 1998. — 382 с.

8. Рикер П. Конфликт интерпретаций. — М.: «Academia-Центр», «МЕДИУМ», 1995. — 415 с.

9. Сальников Н.М. Язык — культура — перевод (из практики перевода) // Язык. Поэтика. Перевод: Сб. науч. тр. — М.: МГЛУ, 1996. — с. 151—154.

10. Успенский Л. [Предисловие] // Избранные изречения деятелей литературы и искусства / Сост. Е.С. Райзе. — Л.: Лениздат, 1964. — с. 3—20.

11. Фадеева О.М. Афоризмы Э.М. Ремарка: (Опыт сопоставит, словаря нем, — рус. вариантов) / Отв. ред. Р.Р. Чайковский. — Магадан: Кордис, 2000. — 175 с.

12. Федоренко Н.Т., Сокольская Л.И. Афористика. — М.: Наука, 1990. — 416с.

13. Энциклопедия афоризмов. — М.: ACT, 1999. — 715 с.

14. Ejwadis R. Erich Maria Remarque — auch ein «Fenster nach Europa»? // Erich Maria Remarque. Leben, Werk und weltweite Wirkung / hrsg. von Thomas F. Schneider. — Osnabrück: Rasch, 1998. — S. 445—452.

15. Remarque E.M. Arc de Triomphe. — Frankfurt a/M; Berlin; Wien: Ullstein, 1978. — 415 S.

16. Remarque E.M. Drei Kameraden. — Köln: Kiepenheuer & Witsch, 1998. — 398 S.

17. Remarque E.M. Ein militanter Pazifist. — Köln: Kiepenheuer & Witsch, 1998, — 160 S.

18. Remarque E.M. Tagebücher // Remarque E.M. Das unbekannte Werk. Briefe und Tagebücher. Fünfter Band. — Köln: Kiepenheuer & Witsch, 1998. — S. 243—509.

19. Schneider Thomas F. Einleitung // Erich Maria Remarque. Leben, Werk und weltweite Wirkung / hrsg. von Thomas F. Schneider. — Osnabrück: Rasch, 1998. — S. 9—11.

 
.
Главная Гостевая книга Ссылки Контакты Карта сайта

© 2012—2019 «Ремарк Эрих Мария»